Справедливость для бедных или «по ком звонит колокол»?

О перспективах споров с правоохранительными и налоговыми структурами после введения автоматизированных систем налогового контроля.

Компании:

Автор статьи: юрист ООО «Юридическая фирма «Бизнес и право» Екатерина Яковлева.

Работа юриста в сфере прогнозирования негативных последствий и предоставления рекомендаций по минимизации рисков для бизнеса – это почти всегда неблагодарный труд. Многие собственники и руководители компаний получают необходимые консультации, однако предложенные им превентивные меры откладывают на потом. То самое «после», когда бывает уже поздно что-либо предпринимать.

Не так давно результаты реформы структуры проверок обсуждались на расширенной коллегии Министерства финансов, посвященной подведению итогов работы за 2017 год. И по ее итогам представители финансовых ведомств высоко оценили эффективность новых технологий, позволивших повысить собираемость налога на прибыль НДС и других налоговых платежей.

О чем именно шла речь? В частности, о результатах работы системы АСК НДС-2, которая моментально отображает разрывы в цепи контрагентов – плательщиков НДС.

В поиске компании, которая может приносить налоговый доход, налоговые органы обычно проверяют фирму, обладающую активами, как правило, находящуюся в самой конце цепочки. Говоря иначе – компанию выгодоприобретателя. Средства доказывания порочности совершаемых сделок также просты и максимально автоматизированы даже в рамках открытых ресурсов. Номинальный руководитель; местонахождение контрагента по адресу массовой регистрации; отсутствие материально-технической базы, трудовых, управленческих ресурсов; отсутствие в составе платежей перечислений на расходы, связанные с ведением предпринимательской деятельности и т.д.

Итоговый результат – исключение из состава затрат перечислений в адрес «однодневок» и доначисление НДС, налога на прибыль, пени, штрафов.

Логика налогового органа проста и понятна. Если им установлен факт того, что у поставщика (подрядчика) отсутствуют ресурсы – значит поставить товар (выполнить работы) он не мог. А раз не мог – значит, это был не он. Со стороны может показаться, что это нарушает принцип добросовестности и ограничивает предпринимательскую деятельность, однако на деле это не совсем так.

Оспаривая в суде подобные доначисления, налогоплательщик упускает общие принципы гражданского права – закрепленные, в том числе, и Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 23 июня 2015 года за N 25. Логика правоприменителя здесь такова: под «фирмой-однодневкой» понимается юридическое лицо, не обладающее фактической самостоятельностью, созданное без цели ведения предпринимательской деятельности, как правило, не представляющее налоговую отчетность, зарегистрированное по адресу массовой регистрации.

Соответственно, в силу перечисленных признаков юридически значимого волеизъявления со стороны «фирм-однодневок» исходить не может. Учитывая, что под договором по смыслу гражданского законодательства, подразумевается сделка, обязательным условием которой является волеизъявление обеих сторон, то признать реально совершенными сделки с такими компаниями не представляется возможным.

Именно поэтому оспорить в суде решение инспекции, установившей использование «прокладок» крайне сложно. Анализ судебной практики за 2016-17 гг показал, что критерии оценки действий налогоплательщика в целях установления его добросовестности существенно изменились.

Если до этого суды в своих решениях делали акцент на такие обстоятельства как совершение мероприятий по проверке своего контрагента путем запроса учредительных документов, полномочий, идентификации лиц, подписавших спорные счет-фактуры, то в настоящее время суды исследуют фактические обстоятельства сделок и устанавливают реальность хозяйственных связей.

Множество вопросов вызвала введенная с 19 августа 2017 года статья 54.1 НК РФ, которую очень многие практикующие юристы приняли за норму, улучшающую положение налогоплательщика – и, соответственно, подлежащую применению ко всем текущим спорам.

Причиной тому стало то, что практический смысл данной статьи многие усмотрели в устранении оценочного подхода к суждениям о поведении налогоплательщика. В исключении самой возможности оценки получения налоговой выгоды на основании исключительно «внутреннего убеждения» проверяющего инспектора либо судьи, рассматривающего дело.

Иными словами, для того, чтобы отказать в вычете налоговому органу необходимо доказать умышленное искажение бухгалтерского учета и умышленное построение схемы, направленной на неуплату налогов. Ну а подписание счетов-фактур неустановленными лицами и отсутствие контрагента по юридическому адресу отныне совсем не повод для отказа в вычетах. Способы доказывания конкретизированы в многочисленных письмах ФНС, посвященных порядку применения ст. 54.1 НК РФ.

Суды поддержали подобную трактовку нововведений, что тут же отразилось на результатах рассмотрения налоговых споров. Значительное количество дел в октябре-декабре 2017 года было рассмотрено судами первой и апелляционной инстанции в пользу налогоплательщика.

Государство и налоговые органы отреагировали на это весьма оперативно. Для начала в порядке кассационного пересмотра практика вынесения решений в пользу налогоплательщика была изменена окружными судами. А потому и применение ст. 54.1 НК РФ в пользу плательщика сошло на нет.

Кроме того, Верховный Суд РФ закрепил правовой подход о нераспространении действия ст. 54.1 НК РФ на правоотношения, возникшие до 19.08.2018 года. Одновременно с этим ФНС РФ (в письме от 28.12.17 № ЕД-4-2/26807) запретило инспекциям при проведении проверок пользоваться терминами и подходами, сформированными в постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, а также судебной практикой, сложившейся до 19.08.2017.

В поиске ответа на вопрос о том, что же должно было произойти с 19 августа 2017 года, мы приходим к следующему выводу – дело заключалось в завершении автоматизации процессов налоговых проверок.

В 2018 году во всех регионах страны будет внедрен комплекс АСК НДС-3, который дает возможность автоматически выстраивать цепочки движения денег между юридическими и физическими лицами. В результате у государства появляется возможность быстрого отслеживания того, уплачен ли во всех этих цепочках НДС. В результате эффективность выявления недостоверных данных налогоплательщиков должна вырасти с 10 до 100%.

На практике это означает, что обнаружив разрыв в цепочке, программа подает сигнал, который будет отработан налоговой службы. Для отработки такого сообщения штаты налоговых инспекцией укомплектовывается специальной службой аналитиков.

Также предпринимателям следует знать, что комплекс АСК НДС-3 формирует отчет в автоматическом режиме. И этот отчет является достаточным основанием для возбуждения уголовного дела в случае, если сумма нарушений превышает установленный статьями 198 и 199 УК размер. Отныне для возбуждения уголовного дела СК России не должна будет проводить доследственную проверку, запрашивать документы у контрагентов, анализировать что-то и делать соответствующие выводы. Вопрос о передаче такого отчета решается инспектором ИФНС путем «нажатия одной кнопки».

В дополнение к этому вводится еще один инструмент налогового контроля – экстерриториальные проверки, благодаря которым «договориться» со своим налоговым инспектором больше не удастся. Проверять предоставленные компанией данные будут работники ФНС из другой районной налоговой инспекции, а возможно даже из другого города, что должно исключить из налогового контроля коррупционную составляющую.

По нашему мнению, все указанное выше свидетельствует об одном: государство вышло на «финишную прямую по зачистке серых схем». При попадании бизнеса в автоматизированную «разработку» шансы выиграть налоговый спор в суде практически отсутствуют.

Зададим вполне логичный вопрос о том, что же теперь делать?

В первую очередь, не считать работников налоговых органов условными дураками.

Во-вторых, самостоятельно или с помощью специалистов анализировать имеющиеся проблемные операции, отраженные в налоговой и бухгалтерской отчетности.

В-третьих, принять управленческие решения о том, как: а) поступать в случае факта доначисления; б) кто реально будет нести ответственность за неуплату налогов.

Установление круга лиц, которые могут быть привлечены к ответственности по убыткам субсидиарной и уголовной ответственности (если, конечно же, собственник честен по отношению к самому себе, своему бизнесу и не самонадеян) не самое сложное действие.

Ну и последнее, что следует предпринять в череде превентивных мер – разработать механизм минимизации рисков и последствий их наступления либо готовиться к «ссылке» за границу.

Компании:

Читайте также: